Итальянская винодельня зарегистрирует в России бренд Dimon

0
11

Итальянская винодельческая компания ColleMassari подала в Роспатент заявку на регистрацию бренда Dimon, под которым собирается выпускать вино. Об этом сообщает агентство «Москва», в чьем распоряжении оказалась заявка, поданная совладелицей компании Марией Ирис. К упомянутой в расследовании Алексея Навального «Он вам не Димон» винодельне ColleMassari отношения не имеет.

Помощник руководителя винодельни Fattoria della Aiola, фигурирующей в расследовании ФБК об имуществе премьер-министра Дмитрия Медведева, Дарья Ивлева предположила, что компания-конкурент решила извлечь прибыль из скандала вокруг расследования Навального. «Ребята решили подсуетиться. Но вообще это довольно известная в Тоскане компания», — рассказала она корреспонденту РБК.

В Fattoria della Aiola тоже планируют заработать на скандале с расследованием Навального. «Мы рассчитываем всю историю повернуть с пользой для себя, — объясняет Дарья Ивлева. — В конце концов, это честный бизнес, мы не делаем ничего плохого или противозаконного. Возможно, теперь про нас узнает больше людей в России, к нашему вину возникнет дополнительный интерес, и это позитивно повлияет на наши будущие продажи в России».

Патент на Димона

Регистрация бренда по классам международной классификации товаров и услуг (МКТУ) №16, 33 и 35 позволит компании ColleMassari выпускать под ним вина и другие алкогольные напитки, а также заниматься рекламой.

Как рассказал РБК адвокат межрегиональной коллегии адвокатов «Клишин и партнеры» Владимир Энтин, компания по закону может выйти на рынок под еще не зарегистрированным брендом. «Если вы тем самым не нарушаете чужие зарегистрированные права либо права на имя собственное. Что же касается различного рода кличек, это неохраняемые объекты с точки зрения гражданского права», — рассказал эксперт РБК. Он уточнил, что для начала компании лучше подать заявку в Роспатент. «Чтобы гарантировать себе, что это обозначение не будет перехвачено другими. В данном случае действует принцип: кто первый подал заявку на регистрацию, та заявка и подлежит удовлетворению», — констатировал адвокат.

Президент рекламной группы RCG Юний Давыдов назвал в беседе с РБК планы итальянской винодельческой компании ColleMassari выпускать вино Dimon «хамским, но эффективным маркетинговым ходом». «Это PR-повод, информационный вброс. Цель — засветить материнский бренд. Для этого был использован такой яркий и неполиткорректный бренд. Уверен, что он изначально был задуман как виртуальный, то есть его в продажу вряд ли будут запускать», — считает он.

Как отметил президент рекламной группы RCG, даже если это произойдет, «перспективы у бренда Dimon нулевые». «Его не будут покупать. Во-первых, многие относятся негативно к тому, что делает Навальный. И здесь есть явный диссонанс между сленговым пацанским названием и дорогим итальянским вином. Это должен быть скорее дешевый продукт: пиво, самогон», — уверен он.

Тосканский Димон

Владельцы ColleMassari — брат и сестра Мария Ирис Бертарелли и Клаудио Типа — не имеют российских корней. Оба уроженцы Тосканы, помимо виноделия они возглавляют фонд, занимающийся защитой культурного наследия Тосканы и провинции Гроссето. Винодельня ColleMassasri действительно одна из самых известных в этом итальянском регионе. В отличие от упомянутой в расследовании Навального винодельни Aiola, расположенной в регионе Кьянти-Классико, ColleMassari находится в Болгери — приморском регионе Южной Тосканы, знаменитом своими дорогими винами в стилистике супертоскана. Вина хозяйства, признанного в 2014 году лучшим винодельческим хозяйством Италии по версии престижного винного гида Gambero Rosso, уже много лет поставляются в Россию. В рознице они стоят от 1,5 тыс. до 20 тыс. руб. за бутылку.

Дистрибьютором вин хозяйства ColleMassari в России является компания «АСТ Интернэшнл», основным владельцем которой являет семья бывшего совладельца Черкизовского рынка Тельмана Исмаилова. На вопрос РБК о планах поставок вина Dimon в Россию в АСТ ответили, что «глупости не комментируют».

В ColleMassari на письменный запрос РБК не ответили, по телефону разговаривать отказались.

Та самая винодельня

В марте 2017 года Фонд борьбы с коррупцией опубликовал расследование «Он вам не Димон», где речь шла о резиденциях Дмитрия Медведева и связанных с ним фондах, получивших 70 млрд руб. в виде пожертвований. В нем упоминалась и винодельня Fattoria della Aiola в Тоскане. Авторы расследования обнаружили, что кипрский офшор Furcina Ltd, принадлежащий члену совета директоров Газпромбанка, однокурснику Медведева Илье Елисееву, в июне 2012 года за $9,9 млн приобрел 100% итальянской компании Fattoria Della Aiola S.r.l., которой принадлежат одноименное винодельческое хозяйство, 100 га земли и трехэтажное поместье постройки XVI века.

Фотогалерея
Винодельня из расследования про Дмитрия Медведева

Корреспондент РБК побывал в винодельне Fattoria della Aiola, фигурирующей в расследовании Алексея Навального об имуществе премьер-министра России Дмитрия Медведева. ​Авторы расследования…

Показать 14 фотографий

После оформления сделки гендиректором итальянской компании был назначен Сергей Ступницкий, который, по данным СПАРК, в 2011 году возглавлял другое винодельческое хозяйство из расследования — «Скалистый берег», — расположенное под Анапой.

Прямых доказательств, что Дмитрий Медведев владелец всех дворцов, поместий и виноградников, упомянутых ФБК, в расследовании нет: все объекты оформлены на связанные между собой фонды и компании, бенефициаром части из них является Илья Елисеев, который действительно учился вместе с будущим премьером на юрфаке Ленинградского государственного университета. По воспоминаниям преподавателей и знакомых Медведева, в студенческие годы он и Елисеев были близкими друзьями.

Непосредственно винодельня здесь появилась лишь в 1930-е годы: виноградники на окрестных холмах разбил купивший историческое хозяйство влиятельный политик, сенатор Джованни Малагоди. В 1991 году он умер, после чего хозяйство отошло к его дочери Марии-Грации и стало постепенно угасать. «Еще бы пару лет, и компания бы обанкротилась», — рассказывает РБК Дарья Ивлева. На ее визитке обозначена должность «переводчик — помощник руководителя». «На самом деле занимаюсь здесь всем понемногу: организовываю дегустации для туристов, занимаюсь маркетингом, немного продажами», — говорит Дарья. На вопрос, чьим именно помощником она является, Дарья отвечает фамилиями из расследования ФБК: руководит хозяйством действительно Сергей Ступницкий. Владелец — заместитель председателя правления Газпромбанка Илья Елисеев.

В год хозяйство производит 90–100 тыс. бутылок. Бóльшая часть продается в Италии: нижнюю линейку вин можно найти и в сетевых магазинах, премиальные — в ресторанах и винных бутиках-энотеках. 40% от произведенного объема уходит на экспорт — в Германию, Данию, Англию, США, Японию. Основа ассортимента Fattoria Della Aiola — типичные для этих мест вина «Кьянти». Это три «Кьянти Классико» (в том числе два «Кьянти Резерва» с выдержкой в дубовых бочках). Eсть два красных вина категории IGT (установленного географического наименования), одно белое, одно розовое. Компания также продает под собственным брендом граппу, бренди, игристое вино и оливковое масло — их производят на мощностях других компаний из здешнего сырья.

В компании работают пять менеджеров и девять постоянных рабочих, для уборки винограда привлекают сезонный персонал.

Инвестиции новых русских владельцев в хозяйство уже превысили $10 млн. Помимо цены, уплаченной при покупке, пришлось вложить еще более €1 млн в техническое переоборудование хозяйства: куплены новые стальные танки для ферментации и выдержки вин, заложены новые виноградники, которые пока еще не пригодны для виноделия, создана новая система дренажа и ливневой канализации, обновлены производственные линии и сами цеха, рассказал РБК в Москве Сергей Ступницкий. «Надеемся, что когда-нибудь и до ремонта замка дело дойдет», — добавляет Дарья Ивлева.

Исходя из объема инвестиций и обозначенных объемов производства, ждать возврата вложенных средств Илье Елисееву предстоит еще очень долго. В магазинчике при заводе вина Aiola стоят от €5,5 до €19. При объеме в 100 тыс. бутылок в год выручка хозяйства никак не превысит в лучшем случае €1,5 млн. «Валовый доход с бутылки получится в районе €5–6, — подсчитывает резидент виноторговой компании Simple Максим Каширин. — Так что возврата инвестиций ребятам придется подождать 20–25 лет. Это не бизнес, не инвестпроект. Это такая штука для души».

«Заработать серьезные деньги на вине можно, если ты большой производитель, с многовековой историей, как Torres, Antinori, Frescobaldi, — говорит Каширин. — Другой вариант — относительно молодые хозяйства, купленные дешево лет 40–50 назад и выросшие в цене за последние годы многократно, как, например, некоторые производители в Калифорнии. В остальных случаях это такое хобби на грани рентабельности. В подобных бизнес-моделях больших денег нет». 

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Комментарии